Пьеро переступает порог квартиры Лары. Сегодня они видятся по-настоящему впервые. За столом, скрывая дрожь в пальцах, он поправляет салфетку. Молчание висит в воздухе, густое и неловкое. Наконец, кто-то из них начинает говорить — фраза о погоде, о дороге. Слова даются с трудом, будто каждый звук нужно вытащить из тины.
Внутри у каждого свой собственный советчик. У Пьеро в голове голос твердит: «Не молчи. Спроси о чем-нибудь. Только не про работу». У Лары другой нашептывает: «Улыбнись. Выгляди заинтересованно. А вдруг он подумает, что скучно?». Эти невидимые судьи следят за каждым жестом, взвешивают каждую паузу.
Разговор плетется, цепляясь за безопасные темы. Вопросы и ответы летят туда-сюда, но где-то посередине между ними теряется сама суть — простое человеческое любопытство. Они говорят, а сами прислушиваются к внутреннему гулу сомнений, который громче любого сказанного слова.